Контакты - Карта сайта - Реклама
 
Главная arrow Статьи arrow Прочее arrow Замечательный свадебный фотограф Александр Ноздрин
Авторизация
 
Категории фотогалереи
Архив конкурсов  |1618|0Текущие конкурсы  |0|0Репортаж  |166|0
Съемка воды и огня  |179|0Растительный мир  |1562|0Салюты, феерверки  |60|0
Живой мир вокруг нас  |1730|0Ночная съемка  |501|0Портрет  |1646|0
Макро  |1245|0Дети  |501|0HDR  |217|0
Пейзаж  |4767|0Натюрморт  |532|0Архитектура  |790|0
Спорт  |203|0Рекламное фото  |39|0Жанровая съемка  |657|0
Свадебное фото  |258|0Модели и подиумы  |133|0НЮ  |218|0
Фото-арт  |228|0Фото-креатив  |344|0Удивительные места  |624|0
Фото-юмор  |72|0Разное  |844|0Домашнее фото  |4006|0

 
Последние материалы

Наши авторы пишут:
- Замечательный свадебный фотограф Александр Ноздрин
- Что такое ISO в фотоаппарате?
- Негативы и позитивы
- Как сделать отличное весеннее фото?
- Статья для знакомства...
- Как заработать на своих фото?
- 88 полезностей по Фотошопу
- Советы по съемке цветов.
free online video poker slots no deposit casino roulette play craps games blackjack

 
Замечательный свадебный фотограф Александр Ноздрин Версия для печати Отправить на e-mail
[2]
Автор: Denys Skuchko   
22.08.2012
У нас сегодня в гостях один из лучших свадебных фотографов в стране Александр Ноздрин. ЛИХАЧЕВА: Доброе утро. Вы слушаете «Финам FM», меня зовут Елена Лихачева. Здравствуйте. «Самое главное для моих клиентов, – говорит наш сегодняшний гость, – расслабиться и получить удовольствие. Самое главное для меня – войти в контакт с клиентами и тоже получить удовольствие». Ничего плохого не подумайте, все прилично. У нас сегодня в гостях один из лучших свадебных фотографов в стране Александр Ноздрин. Доброе утро. НОЗДРИН: Доброе утро. ЛИХАЧЕВА: Сначала рубрика «Статус», потом начнем. СТАТУС: Александр Ноздрин, свадебный фотограф. 34 года. Женат, воспитывает дочь. КАК ЭТО ДЕЛАЛОСЬ: Окончил Орловский государственный университет, физико-математический факультет. С 1992 года профессионально занимается свадебной и портретной фотографией. В 1997 году работал в компании «Kodak», фотографировал для журнала «Автомобили». «Лучший свадебный фотограф России – 2007», победил сразу в двух номинациях: «Лучшая свадебная фотография» и «Лучший свадебный фотограф» по версии Ассоциации свадебных фотографов России. В 2009 году занял второе место в самой престижной номинации «Свадебный альбом» на мировом конкурсе свадебной и портретной фотографии. Учредитель онлайн-школы фотографии «WedSchool» и организатор первого профессионального мероприятия «Wedding Biennale». В настоящее время проводит множество мастер-классов и фотовыставок по всей России. Увлекается музыкой. ЛИХАЧЕВА: Еще раз доброе утро. Спасибо за то, что вы к нам сегодня пришли. Вы сами-то женаты? НОЗДРИН: Да, конечно. ЛИХАЧЕВА: Кто фотографировал вас на свадьбе? НОЗДРИН: Лучший друг. ЛИХАЧЕВА: А он просто друг или он же?.. Александр Ноздрин НОЗДРИН: Нет, он как бы был фотографом. ЛИХАЧЕВА: Как бы или фотографом? НОЗДРИН: Фотографом начинающим. ЛИХАЧЕВА: То есть, для вас, в общем-то, неважно было. НОЗДРИН: Мне тогда было 19 лет, я сам был такой же – не начинающий фотограф, но все-таки… где-то что-то пытались снимать. ЛИХАЧЕВА: Понятно. А вы вообще самые первые свадебные фотографии сделали у кого на свадьбе? И вообще как это все происходило? НОЗДРИН: Свои самые первые фотографии я снял на свадьбе у родного брата. ЛИХАЧЕВА: И сколько вам было лет? НОЗДРИН: Боже ты мой… сколько ж мне было лет… лет 16, наверное. ЛИХАЧЕВА: Понятно. А вообще стали фотографировать во сколько? НОЗДРИН: В восемь. ЛИХАЧЕВА: В восемь?! НОЗДРИН: В восемь лет, да. ЛИХАЧЕВА: Ничего себе! НОЗДРИН: Первая выставка у меня была в 11 лет, на которой я даже получил первое место. ЛИХАЧЕВА: Ничего себе! Подождите, а где вы выставлялись в 11 лет? И что это за место было? НОЗДРИН: Это была выставка фотокружков различных нашего города – я сам из города Орел – и участвовал ежегодно, конечно же, во всех выставках, которые проходили: городские и региональные. И вот на них периодически я что-то даже получал, какие-то места. ЛИХАЧЕВА: А помните, какие были фотографии у вас на самой первой выставке, которые были премированы? НОЗДРИН: Конечно же. Цветочки. ЛИХАЧЕВА: Цветочки? НОЗДРИН: Цветочки. ЛИХАЧЕВА: Божья коровка на них, стрекозка? НОЗДРИН: Нет-нет, все гораздо гламурнее. Просто как-то умудрился снять на выставке цветов какой-то нереальный букет с нереальными отражениями в зеркалах. И, плюс ко всему, всех удивило, что это было снято на цвет – а в то время цвет был редкостью. И был огромный формат для тех времен – цветная фотография в формате 50 на 60 была, конечно, удивительна для ребенка, который в 12 лет сделал такую фотографию, вообще было нонсенсом. ЛИХАЧЕВА: Но вы уже тогда, в 11 лет, в 8 даже, наверное, уже решили, что «все, я…» НОЗДРИН: Нет, я ничего не решал, конечно же. ЛИХАЧЕВА: Просто щелкали для удовольствия? НОЗДРИН: Практически, да. ЛИХАЧЕВА: Понятно. Хорошо. И, значит, в 16 лет вы впервые сняли именно свадьбу. Какие у вас ощущения остались от этого? НОЗДРИН: Никаких. Хотелось погулять на свадьбе у брата, а пришлось фотографировать. ЛИХАЧЕВА: Понятно. Понравились вам самые первые ваши свадебные фотографии? Вы же их смотрите. Они же лежат где-то в семейном альбоме? НОЗДРИН: Конечно же, они лежат. Ничего, так себе. Как обычно в загсе кольца одевают – все вот такое вот основное было. ЛИХАЧЕВА: Понятно. То есть ничем, в принципе, особенным не отличалось, не чувствовался там какой-то гений сразу, да? НОЗДРИН: Нет, о чем вы говорите? ЛИХАЧЕВА: Рука мастера не прослеживалась? НОЗДРИН: Это появилось гораздо позже. ЛИХАЧЕВА: И когда же это появилось? НОЗДРИН: Знаете, было несколько этапов становления, на самом деле. Так прям сразу сказать нельзя, когда именно что-то произошло. Просто каждый раз, каждый год происходит все по-новому. И даже сейчас смотришь на свои прошлогодние работы и понимаешь, что полная ерунда, на самом деле. ЛИХАЧЕВА: Даже на прошлогодние? НОЗДРИН: Конечно, да, то есть каждый год… ЛИХАЧЕВА: Я просто хочу сказать по секрету, что я до эфира посмотрела прошлогодние работы и работы, за которые вы как раз были выбраны по версии Ассоциации свадебных фотографов лучшим свадебным фотографом в 2007 году, но это, действительно, что-то… это потрясающе что-то, правда, это шедевры. Не знаю, это в «Третьяковку» нужно повесить. Это очень красиво. Это невероятно. НОЗДРИН: Мне очень приятно слышать такие слова. ЛИХАЧЕВА: Это правда-правда-правда. Так вот, да, давайте продолжим. НОЗДРИН: На самом деле, совершенно случайно я попал именно в направление свадебной фотографии, приехав сюда, в Москву. То есть именно работать стал в этом направлении. Совершенно случайно познакомился с менеджером одного из агентств, который меня стал приглашать периодически на такие съемки. И с того времени практически я стал снимать очень много свадеб. Насколько много, могу сказать так, что в неделю доходило до пяти свадеб. ЛИХАЧЕВА: Ничего себе! НОЗДРИН: Это кошмар. Сейчас я как в страшном сне вспоминаю эти времена… ЛИХАЧЕВА: Просто для того, чтобы заработать, или вы руки набивали? Для чего? НОЗДРИН: Это работа моя была. ЛИХАЧЕВА: Понятно. НОЗДРИН: Просто работа. И, на самом деле, относился довольно серьезно к каждой съемке. Не скажу, что какие-то художественные, сверхнереальные вещи делал, все очень банально, как обычно. Ничего сверхособенного из-за того, что не было понимания все-таки, что может быть, как может быть и как сделать лучше, чем обычно. Поэтому, по большому счету, так получилось, что я набивал руку. И, на самом деле, опыт был огромнейший из-за того, что было много съемок, много людей, с которыми я общался. И опыт был не только чисто технический, профессиональный, фотографический, а еще и психологический. То есть найти общий язык с любым клиентом в любой ситуации, в самой сложной, когда нервы, стресс, для молодых это тоже подчас стресс. ЛИХАЧЕВА: А вообще для брачующихся свадьбы – это ведь нервы и стресс, в первую очередь? НОЗДРИН: Стресс в каком понимании? ЛИХАЧЕВА: В хорошем смысле. НОЗДРИН: Стресс не в смысле того, что они в шоке от того, что замуж выходят или женятся. А стресс, скорее, из-за того, что суета, нервы. В момент до одевания колец все невесты дергаются, трясутся… ЛИХАЧЕВА: Женихи тоже дергаются. НОЗДРИН: Женихи чуть полегче. Коньячку 50 грамм заглотили, и нормально. ЛИХАЧЕВА: А, в этом смысле. НОЗДРИН: А невеста все-таки переживает больше, конечно же. Этот опыт позволил мне очень многое приобрести в профессиональном плане. И, конечно, до сих пор это очень сильно выручает. Плюс ко всему, в те времена еще приходилось снимать на пленку. А пленка, в отличие от цифры, заставляла думать больше. Поэтому старая школа все равно, так или иначе, дает свои плоды, в плане того, что каждый кадр ты пытаешься сделать максимально идеальным. Современные фотографы, которые не так давно снимают, причем, есть такие, которые снимают очень хорошо: смотришь, что ни кадр, то шедевр, интересно, очень нестандартно, очень креативно, но у многих из них видна все равно нехватка классического понимания фотографии. Есть мелкие ошибки, из-за которых фотография не выглядит идеально, скажем так. ЛИХАЧЕВА: А вы у кого учились? Я просто в одном из ваших интервью прочитала: «Учиться, конечно, нужно у самых лучших, у великих». А сами вы, помимо того, что руку набивали на пяти свадьбах в неделю, у кого учились? НОЗДРИН: С восьми лет я учился у своего преподавателя в фотокружке, причем учился, по большому счету, шабашке так называемой. Не в смысле того, что он меня учил снимать школы, садики и все остальное, но он как раз был из этого направлении, поэтому больше всего меня учил именно технической части. То есть, как правильно нажать на кнопочку, как правильно проявить пленку, напечатать фотографии, и так далее. Выставки уже, так или иначе, позволяли мне делать какие-то творческие вещи. Далее продолжил свое обучение на шабашках. ЛИХАЧЕВА: Подождите, что такое шабашки? Это как раз… НОЗДРИН: Это съемка садиков, школ, всяких училищ, институтов и всего остального. ЛИХАЧЕВА: Понятно, всякие выпускные вечера… НОЗДРИН: Да, даже не выпускные, а всякие альбомы и все остальное. То есть, я думаю, я заснимал за начало своей карьеры просто нереальное количество всего. То есть, умудрился еще поработать в Москве, в компании «Eastman Kodak». Была у них такая программа школьная, так называемая, на высшем уровне, совершенно фантастическая, по тем временам, по подходу к школьной фотографии. Так что, там тоже опыт очень колоссальный приобрел именно в съемке большого количества людей в ограниченном количестве времени. И, самое главное, психологический опять же опыт. То есть, снять портрет ребенка за 30 секунд, хороший портрет, это было уже просто на автопилоте, даже не говоря ему ни слова. Все было совершенно просто. ЛИХАЧЕВА: А как можно за 30 секунд? НОЗДРИН: Когда у вас 350 человек, и нужно их снять за несколько часов, то… ЛИХАЧЕВА: Привожу вам каждую минуту одного ребенка. И что вы такое с ним делаете? Вы, что, на него орете? Такой замер, рот открыл, щелк, раз – фотография, как с той собачкой в анекдоте. НОЗДРИН: Вы знаете, вы будете удивлены: после ста человек уже кончался голос. ЛИХАЧЕВА: Взглядом железным. «Встал!» НОЗДРИН: Практически, да. Только не железным, а, скорее, с детьми нужно наоборот. ЛИХАЧЕВА: Да я шучу, конечно. НОЗДРИН: По-дружески. Поэтому улыбки, жесты, движения руками, наклоны своей головы, показывая, как ему нужно ее наклонить, и так далее. И, в общем, дети все понимали, и даже было смешно очень, как они реагировали на то, как… ЛИХАЧЕВА: Вы сами очень обаятельный человек. НОЗДРИН: Как мы жестами общались с ними, да. ЛИХАЧЕВА: Понятно. НОЗДРИН: Вы знаете, слава Богу, я давно уже ушел из этого направления фотографии, потому что в какой-то момент я просто сел, думаю: «Боже мой! Неужели я всю жизнь буду это делать? Я уже разучился снимать все остальное». И в один момент я перекрыл себе кислород финансовый тем, что полностью в один момент отказался от этого направления. И получилось так, что совершенно, опять же, по стечению обстоятельств – видимо, Бог дает, на самом деле, не просто так все происходит в жизни – я сразу попадаю в два направления фотографии, они совершенно противоположные. Одно направление – это свадебные фотографии, а второе направление… как вы думаете, какое? ЛИХАЧЕВА: Разводы, может быть. Вторая часть альбома такая – а теперь наш развод. НОЗДРИН: Автомобильная фотография, автомобильная журналистика фотографическая. ЛИХАЧЕВА: Давайте мы сейчас прервемся на полторы минуты и потом именно с этой темы – что произошло с вами, вот этот прорыв, такой переломный момент в вашей жизни, и как вы потом докатились, действительно, до лучшего свадебного фотографа по версии американских свадебных фотографов. Я правильно понимаю? Эта Ассоциация свадебных фотографов – это такая… НОЗДРИН: Есть российская Ассоциация свадебных фотографов и есть американская такая огромная ассоциация. Вернее, даже она не американская, она международная. ЛИХАЧЕВА: То есть, они вручают свои призы в Лас-Вегасе, и вы… НОЗДРИН: Этот конкурс международный. ЛИХАЧЕВА: В прошлом году вы стали, можно сказать, чуть ли не лучшим фотографом свадебным в мире, по версии этой ассоциации? НОЗДРИН: Почти лучшим, скажем так. ЛИХАЧЕВА: Хорошо, давайте так. Почти. У нас сегодня в гостях почти лучший свадебный фотограф в мире Александр Ноздрин. Через полторы минуты мы вернемся. Читать полностью: http://finam.fm/archive-view/2066/ (Реклама) ЛИХАЧЕВА: Еще раз доброе утро. Я еще раз представлю нашего сегодняшнего гостя. У нас сегодня в гостях Александр Ноздрин, человек, который уже очень много лет занимается свадебной фотографией, человек, который в нашей стране продвигает свадебную фотографию как искусство, не побоюсь этого слова. Я видела его работы до нашей программы. Человек, который в прошлом году стал, как мы до паузы объявили, почти лучшим свадебным фотографом в мире. То есть получил вторую премию в конкурсе свадебных фотографов в мире. В Лас-Вегасе этот конкурс проходит. То есть стал одним из лучших свадебных фотографов, по версии Ассоциации свадебных фотографов. Еще раз доброе утро. НОЗДРИН: Доброе утро. ЛИХАЧЕВА: Еще раз спасибо за то, что вы к нам сегодня пришли. Итак, вы в какой-то момент поняли, что «все: или я занимаюсь всю жизнь, фотографирую детей и зверюшек и какие-нибудь выпускные вечера, в лучшем случае», либо вы переходите на какой-то новый интересный уровень и… НОЗДРИН: Новый уровень и становлюсь фотографом. ЛИХАЧЕВА: «И становлюсь, наконец-то, профессиональным, действительно, фотографом, который делает фотографии, как искусство». И? Денег не стало сразу, конечно? НОЗДРИН: И, по большому счету, в искусство, как таковое, не перешел, потому что все-таки фотография как искусство – это… понимаете, это всю жизнь заниматься творчеством, жить на последние копейки, в лучшем случае, тебя кто-то заметит и сможет продать твое искусство за какую-то денежку. Я остался все-таки в прикладной фотографии, плюс, журналисткой фотографии. И, на самом деле, до 2005 года глобальным искусством это все не считал. Это сейчас уже начинаем потихонечку привносить что-то высокохудожественное именно в свадебную фотографию. Поэтому можно уже с уверенностью сказать, что это становится искусством. Что касается того, что же со мной произошло дальше… ЛИХАЧЕВА: Да. НОЗДРИН: Как я уже сказал, совершенно случайно я попал сразу в два направления фотографии: в свадебную и в автомобильную фотографию. Так вот, вы знаете, самое интересное, что одно от другого было отдушиной. Когда мне уже не хотелось идти на свадьбы, я снимал машины. И когда я уже не мог смотреть на машины, я снимал свадьбы. ЛИХАЧЕВА: А есть что-нибудь общее между тем, чтобы красиво снять невесту и красиво снять машину? НОЗДРИН: Да, конечно. ЛИХАЧЕВА: Это, в принципе, одно и то же. НОЗДРИН: Отношение к фотографии. ЛИХАЧЕВА: В этом смысле. Понятно. НОЗДРИН: Любовь к фотографии, любовь к тому, что ты делаешь. На самом деле, знаете, я провожу огромное количество мастер-классов по всей стране, не только нашей. И первое, что всегда говорю фотографам: «Ребята, понимаете, в чем дело? Научить технически можно любого человека нажимать на кнопочку грамотно. А вот чувствовать фотографию дано далеко не всем». То есть можно хорошо, качественно технически все снимать, даже зарабатывать на этом деньги и быть профессиональным фотографом. Но далеко не у всех есть внутреннее ощущение, что есть хорошо, а что есть никак. Вот это, на самом деле, очень тяжело развить и получить. Это, наверное, где-то дается при рождении. ЛИХАЧЕВА: То есть, это врожденный талант, способность. НОЗДРИН: Я считаю, так и есть. Конечно, можно развивать, развить до хорошего уровня. Но если нет чутья подсознательного, тяжелее это все происходит. ЛИХАЧЕВА: Вы сказали, что вы то, чем вы занимаетесь, стали воспринимать как искусство, где-то начиная с 2005 года. Что такого произошло в 2005 году? То есть премии тогда вы еще не получили ни российскую, ни международную? НОЗДРИН: Я чуть-чуть вернусь назад, в 2003 год. ЛИХАЧЕВА: Хорошо. Давайте. НОЗДРИН: До 2003 года, как я уже сказал, с 1997 по 2003 практически шесть лет я снимал огромное количество свадеб в совершенно классическом российском подходе. ЛИХАЧЕВА: Об этом мы еще с вами поговорим. НОЗДРИН: То есть подхода такого не было как такового. То есть, на самом деле, вся ситуация ужасная заключается в том, что в России как таковой не было практически индустрии свадебной фотографии и вообще культа свадебной фотографии как таковой. Вернее, он был, но до перестроечных времен, и то в таком совершенно простом виде, в отличие от любых европейских, американских, австралийских. Поэтому и съемка моя с 1997-го по 2003 год была совершенно банальной и примитивной, хорошей по качеству, не более того. То есть, профессиональный фотограф отличался от любителей тем, что он делал качественные картинки, а что там у них внутри было… Так вот, в 2003 году свел случай на одной свадьбе с фотографом. Зовут его Ласло Габани, на данный момент он мой партнер, лучший друг. Он шесть лет отработал в Австралии свадебным фотографом. Приехал оттуда, он мне просто открыл глаза на то, какая может быть свадебная фотография. Он мне показал, что можно делать на выходе. И, самое главное, сколько можно на этом зарабатывать. ЛИХАЧЕВА: Это самое главное? НОЗДРИН: В тот момент было, конечно, удивительно, почему человек, который снимает так же, как и я, я бы сказал, даже хуже, чем я… Конечно, это было не так. ЛИХАЧЕВА: Поаккуратнее, а то Ласло после эфира поймает вас. НОЗДРИН: Конечно, это было не так, но у каждого амбиции свои: «Как так? Я всего за 200 долларов, а он – за 3000 долларов то же самое?» Вообще, это был шок полный, для 2003 года какие-то нереальные были цифры за фотографию. Он мне просто открыл глаза. Я всего-навсего услышал его и поверил ему. Хотя, конечно же, первые мои слова были: «Да ты что?! В России это невозможно, никогда такого не будет, да никто не будет это покупать» и все такое. Но он меня убедил, и я вам скажу, что я ему поверил. Опять отказался от всего, что уже наработал, то есть от всех своих съемок и так далее, в один момент пришел во все агентства и всем своим клиентам сказал: «Все, с сегодняшнего дня работаю вот так и очень дорого». Только «вот так» не в смысле, что за ту же самую съемку я поднял цены. Конечно же, я предложил что-то новое, чего еще никогда не было. ЛИХАЧЕВА: Действительно, этим никто не занимался в Москве? Или никто не занимался этим по таким ценам, как вы? НОЗДРИН: Я поясню. Мы первые, кто в России стали предлагать законченный продукт – не просто съемочку на пленочке или напечатанную фотографию, а именно законченную книгу. И понятное дело, что этот продукт был эксклюзивный, индивидуальный, очень сложный технически, очень затратный по времени и по финансам, кстати, тоже, потому что себестоимость у этих продуктов тоже довольно высока. И именно за это мы стали просить чуть-чуть других денег. И, на самом деле, очень порадовало, что практически с первого года нашлись клиенты и немало, которые… ЛИХАЧЕВА: То есть, рынок был подготовлен. НОЗДРИН: Рынок был вообще не подготовлен. ЛИХАЧЕВА: Нет-нет, я имею в виду, если он был так изнутри подготовлен, то есть спрос такой… Если сразу откликнулись клиенты, значит, были какие-то предпосылки к этому. НОЗДРИН: Просто откликнулись, в первую очередь, те клиенты, которые имели кучу денег и которые сказали: «Чем дороже, тем лучше». Это сейчас уже наступает такой переломный момент, когда люди, которые не олигархи, но все-таки понимающие в фотографии, уже понимают, что они хотят, и готовы вкладывать до 70% бюджета свадьбы иногда. И они шли на это осознанно. И, на самом деле, с такими клиентами самая приятная работа, потому что это самые благодарные клиенты. ЛИХАЧЕВА: Хорошо. Про ваших клиентов поговорим сегодня обязательно. Я бы сейчас хотела вернуться к тому времени. Итак, 2003 год. Вы сказали, что рынок был совершенно не подготовлен. НОЗДРИН: Совершенно не готов. ЛИХАЧЕВА: И выкладывали деньги только те, у которых, как вы сказали, была их куча – чем дороже, тем лучше. НОЗДРИН: Люди устраивают свадьбу, например, на 100 тысяч долларов, и три тысячи долларов за фотографа растворялись незаметно. Если три тысячи, значит, хороший будет фотограф. И агентам верили. В основном, у нас продавали агентства. Это сейчас уже очень много клиентов идет напрямую или по «сарафанному радио» так таковому, то есть через моих бывших клиентов. ЛИХАЧЕВА: Сейчас вы берете уже за ваши продукты далеко не три тысячи долларов. Я вот хочу сейчас спросить: а сейчас как вы считаете, рынок вас требует? НОЗДРИН: Однозначно. ЛИХАЧЕВА: Точно? НОЗДРИН: Причем, с каждым годом все больше и больше. Расскажу все-таки глобально, что произошло с 2003 года. ЛИХАЧЕВА: Давайте. НОЗДРИН: Вы понимаете, в чем дело. Настал такой момент, когда мы с моим партнером поняли, что реально даже три тысячи долларов, которые мы брали за этот продукт, который мы делали, это очень невыгодно. То есть, мы практически, если пересчитать все на год, выходили в минуса. То есть наши клиенты следующего года кредитовали предыдущий год. Понимаете, да? ЛИХАЧЕВА: Понятно, да. НОЗДРИН: И мы поняли, что не так просто поднять цену на такие виды услуг, потому что кроме нас этого никто не делает, а люди просто не понимают, почему это так дорого стоит, и не могут понять: «Как так? Все работают по 200 долларов, а вы тут – по три тысячи и еще просите больше. Куда уж там деваться-то?» То есть, люди просто не понимали, что может быть, как это может быть, и что из этого всего делать. И в один прекрасный момент мы просто поняли, что если мы не начнем работать не только на себя, и на всех фотографов всей страны, на всю индустрию как таковую и не поднимем отношение клиентов и спрос именно на свадебную фотографию в России, ничего не изменится. Фотографы не начнут снимать лучше, а клиенты не начнут, во-первых, узнавать, что есть хорошее, во-вторых, платить больше. ЛИХАЧЕВА: И решили продвигать новый тренд. НОЗДРИН: Да, мы решили продвигать глобально среди вообще фотографов изначально Москвы, потом всей страны, именно направление такой серьезной, художественной, свадебной фотографии. Познакомились с некоторыми фотографами, лучшими, на наш взгляд, которых также нашли через Интернет, и попытались их всех на те же рельсы поставить. ЛИХАЧЕВА: Каким образом? НОЗДРИН: Просто общаясь. Клуб, скажем так, был общения. И, на самом деле, было очень приятно, что многие из них услышали. А те, кто услышал, на данный момент являются также очень известными и востребованными фотографами. ЛИХАЧЕВА: Это называется сговор, знаете, такой с целью монополизации отрасли. НОЗДРИН: Никакой монополизации не было. ЛИХАЧЕВА: Я шучу, конечно. НОЗДРИН: Это совершенно невозможно монополизировать, потому что настолько огромное количество свадеб, что на всех свадеб фотографов по-любому не хватает, хороших фотографов. Наша заслуга была в том, что мы чуть-чуть опередили время. То есть, мы дали России чуть-чуть быстрее встать на правильное… ЛИХАЧЕВА: Подтолкнули. НОЗДРИН: Да, подтолкнули на пару лет точно, совершенно точно. То есть, к 2005 году уже народ стал появляться, который стал смотреть в правильную сторону. В 2005 году мы с Ласло поехали на мастер-класс к одному из самых известных в мире свадебных фотографов. И я вам скажу, что это был еще один переворот в нашей жизни глобальный. Мастер-класс был в Венеции, очень интересный… ЛИХАЧЕВА: Так, подождите, давайте мы сейчас прервемся на краткие новости, потом вы расскажете про следующий переворот в вашей жизни, что такого произошло в Венеции, что это снова поменяло вашу жизнь. Я еще раз представлю нашего сегодняшнего гостя. У нас сегодня в гостях один из самых лучших в России, это точно, свадебных фотографов, и почти лучший фотограф, как он сам себя обозвал, свадебный фотограф в мире. С Александром Ноздриным мы вернемся после кратких новостей буквально через три минуты в студии «Финам FM». (Новости) ЛИХАЧЕВА: И еще раз доброе утро, вы по-прежнему слушаете «Финам FM». Меня зовут Елена Лихачева, нашего сегодняшнего гостя зовут Александр Ноздрин, который в прошлом году, по версии Ассоциации свадебных фотографов в мире был признан одним из лучших свадебных фотографов, получил вторую премию. За два года до этого, в 2007 году, вы стали лучшим фотографом у нас здесь, в России. Тоже была специальная премия. Напомните, как она называлась. НОЗДРИН: По версии Ассоциации свадебных фотографов в России. ЛИХАЧЕВА: Здесь, в России. Теперь и у нас тоже есть такая ассоциация. Итак, мы с вами остановились на еще одном переломном таком, поворотном моменте вашей жизни, когда вы вместе с вашим другом и партнером на сегодняшний день, Ласло, который, как вы выражались, открыл вам глаза на то, как должна выглядеть и сколько должна стоить настоящая свадебная фотосессия, поехали в Венецию, чтобы поучиться у знаменитого свадебного фотографа. НОЗДРИН: Да, знаменитого настолько, что он до сих пор получает все первые места обычно на международных всяких конкурсах. Зовут его Ирвант Заназанян, он, на самом деле, по национальности армянин, но в Армении он никогда не жил и не был. Вернее, он был в том году в Армении в первый раз в жизни своей. Живет он в Австралии. На мой взгляд, это один из законодателей свадебной фотографии в мире сейчас, потому что то, что делает он, через два года начинают делать все. Но так как он не стоит на месте, то… ЛИХАЧЕВА: Угнаться за ним очень сложно. НОЗДРИН: Да, очень сложно, на самом деле. После посещения его мастер-класс, просто перевернулось в голове все. Приехали с новыми интересными идеями, и пытались это привнести опять в нашу фотографию в российскую. Буквально на следующий же год мы привезли самого Ирванта сюда в первый раз. Конечно же, это был глобальный переломный момент вообще в свадебной индустрии фотографической в России. Был мастер-класс, на котором собралось около 150 человек. То есть это был вообще нонсенс, чтобы вообще, в принципе, мастер-классы проводились такого уровня, еще и 150 фотографов пришло. И, вы знаете, в этот же, 2006 год все зашевелилось просто нереально. Самое главное, что этот мастер-класс, на котором собирали людей и на Ирванта, и на свои мастер-классы, в первую очередь, что они позволили сделать – это дать фотографам общаться друг с другом. И чем больше люди общаются, смотрят на фотографии друг друга, они участвуют в конкурсах, тем лучше идет развитие в творческом плане. И никто не говорит о демпинге и о всем таком, все говорят о творчестве, как сделать фотографии интереснее, лучше, и, как раз, наоборот, продать ее дороже, а никак подешевле. В этом отношении, конечно, перевернулось все с приездом Ирванта, потом с тем мастер-классом, который мы проводили. В 2008 году мы устроили самое грандиозное мероприятие в свадебно-фотографической индустрии, которое в этом году мы планируем повторить. 14 февраля начинается в Питере, а дальше оно пройдет по всей стране практически. Большое мероприятие будет в мае в Москве. Называлось мероприятие в 2008 году «Wedding Biennale», на которое мы пригласили самых-самых трех фотографов мировых, два американца – Джо Бьюсинг и Бэмби Кантрелл – и австралийца Ирвант Заназаняна , – что уже было, на самом деле, нонсенсом, потому что никогда в мире они нигде не давали тройных совместных мастер-классов. А тут вдруг в Россию, еще такие три суперзвезды. Это реально самые суперизвестные фотографы. ЛИХАЧЕВА: А вот вы все время говорите: «Мы пригласили». Вы – это кто? Ассоциация? Или вы и Ласло? НОЗДРИН: Я и Ласло. То есть мы организовали грандиозное мероприятие, на котором собралось уже около 400 фотографов практически со всей России и с Украины. ЛИХАЧЕВА: А как? Вы по своим связям? Друзья друзей? НОЗДРИН: Конечно. Читать полностью: http://finam.fm/archive-view/2066/ ЛИХАЧЕВА: Или все друг друга знают в этой отрасли, в принципе? НОЗДРИН: На данный момент уже, мне кажется, все друг друга знают. ЛИХАЧЕВА: Всех приличных знаете, да? НОЗДРИН: Не то, что приличных… ЛИХАЧЕВА: Лучших, скажем так. НОЗДРИН: Многих знаем, потому что, проехав за последний год всю страну от Хабаровска до Калининграда, в каждом регионе, в каждом городе нас уже практически знают. Плюс ко всему, много Интернет-акций у нас проходит, и обучение через Интернет, это тоже позволяет очень многое народу узнавать. Так вот, на том мероприятии прошли совершенно грандиозные мастер-классы, были привезены лучшие фотографии этих фотографов, и выставка с этими фотографиями проехала практически по всей стране по городам-миллионникам. Самое главное преимущество этого мероприятия, в отличие от всех международных мастер-классов, которые проходили когда-либо в мире, причем, сами иностранцы отметили то, что они в первый раз увидели то, что данное мероприятие было направлено не только на фотографов, а еще это мероприятие было направлено на клиентов. Это были выставки, которые проехали по всей стране, бесплатные выставки. Много было интервью на телевидении, на радио, в прессе, в Интернете. На самом деле, это очень сильно повлияло вообще глобально на индустрию. ЛИХАЧЕВА: Скажите, пожалуйста, я так понимаю, если работаете с клиентами, то с такими очень молодыми. То есть пока еще… НОЗДРИН: Нет. ЛИХАЧЕВА: А какой смысл работать со зрелыми людьми? Они и так уже все женаты и замужем практически. Они никогда не станут клиентами. Зачем? НОЗДРИН: Почему? У меня очень много клиентов, которые женятся в четвертый-пятый раз. ЛИХАЧЕВА: То есть, лишь бы пофотографироваться, по пять альбомов лежит. НОЗДРИН: Нет, у меня, конечно, есть один клиент, которому я три свадьбы снял. ЛИХАЧЕВА: У меня, знаете, сколько подруг, которые выходят замуж только для того, чтобы платье поносить вот этот один день. НОЗДРИН: Ух ты! ЛИХАЧЕВА: Правда, да. Это, мне кажется, вообще главная причина. Сходила замуж… НОЗДРИН: Дайте им мой телефон – я их так просто поснимаю в платье. ЛИХАЧЕВА: Нет, так неинтересно, неприкольно. А зачем клиентов учить, я что-то не понимаю? Образовывать – да. НОЗДРИН: Образовывать. ЛИХАЧЕВА: А, в этом смысле. НОЗДРИН: Образовывать в таком плане. ЛИХАЧЕВА: Вы так просто выразились, что как будто вы их на мастер-классах прям учите чему-то. НОЗДРИН: Не-не-не, мы же клиентов на мастер-классы не приглашаем. Мы их образовываем, показываем лучшие фотографии мировые в свадебной индустрии. ЛИХАЧЕВА: Как должно быть. НОЗДРИН: Да. Понимаете, ситуация какая была: клиенты не хотели платить, потому что не знали, что может быть. То есть они видели невесту на ладошке и считали, что это верх шедевра, и это верх шедевра, и это снимают все. И, в общем… такая вот ерунда. ЛИХАЧЕВА: Типа Гулливер в стране лилипутов какой-то. НОЗДРИН: Среди фотографов это такая, знаете ли… ЛИХАЧЕВА: Прикол такой. А жених в кармане? НОЗДРИН: Жених в кармане за шиворот невесту держит. Все это такое было, да. Так вот, а клиенты же не видели ничего, потенциальные клиенты. Поэтому для того, чтобы им сказать, что есть что-то еще и гораздо лучше, и при выборе фотографа все-таки обращаете внимание на фотографию, потому что ведь очень много людей было, которые реально не умели снимать, все равно себя продавали. А клиенты потом жаловались и не понимали, что не так, и не могли ассоциировать с чем-то хорошим. И именно это как раз и позволило сделать так, чтобы люди увидели хорошую фотографию, смогли с чем-то сравнивать то, что они видели и то, что им показывают фотографы. И, понятное дело, это был огромный стимул для фотографов не стоять на месте и не делать ерунду, а уже приближаться по максимуму к тем картинкам, которые они видели у звезд фотографии. ЛИХАЧЕВА: Да, давайте мы сейчас послушаем опрос, проведенный на Чистопрудном бульваре. Спрашивали людей: «Слушайте, а как вы думаете, как вообще должна выглядеть идеальная свадебная фотография?». Мы сейчас об этом говорим. А давайте послушаем, что на эту тему думают опрошенные. НОЗДРИН: Очень интересно. (Опрос) – Молодые, естественно, друзья. – Взаимопонимание у них выражено на лице, чтобы от души чувствовалось у них взаимопонимание. – Она должна нравиться тем, кто брачуется. А это вообще субъективно, что кому нравится. Объективных критериев нет. – Муж и жена и вместе с родителями улыбающиеся и желательно на фоне какой-нибудь на фоне какой-нибудь природы. Не так, как обычно у нас, в загсе, а где-нибудь на природе, с березкой можно. – Идеальная свадебная фотография мужа и жены будущих должна соответствовать их чувствам. Необязательно какие-то обнимки, рукопожатия и так далее, но близость должна быть близкой. ЛИХАЧЕВА: В общем, все ужасы, да? Березки, елки вот еще у нас, на природе, не в загсе. Друзья улыбающиеся, родители. В принципе, ничего плохого нет. НОЗДРИН: На самом деле, перечислили все реально, что должно быть. ЛИХАЧЕВА: Да? Березки тоже? НОЗДРИН: Смотрите, ситуация какая. Дело в том, что мы все – фотографы, которых заказывают клиенты, у клиентов есть свои определенные предпочтения и понимание. И понятное дело, что вы должны, так или иначе, удовлетворить их потребности. ЛИХАЧЕВА: Да. НОЗДРИН: То есть сделать то, что хотят они. Но при этом сделать так, чтобы, увидев, они сказали: «Ух ты! Это же еще круче, чем я думал». Понимаете, да? Поэтому обязалово будет по-любому на любой свадьбе. По-любому нужно сняться с родителями, с гостями. Но сделать это нужно так, чтобы в каждой фотографии чувствовалась эмоция: если с родителями, то не просто стоят, за руки взявшись, а чтобы все видели, как папа смотрит на дочку, как мама смотрит на сына, чтобы у них там слезы на глаза наворачивались, чтобы молодые к ним прижимались, чтобы вот это все чувствовалось, понимаете. Вот это самое главное. Это все тоже можно выстроить и красиво снять и подвести к этому, даже не выстраивая, чтобы эти кадры получились. То есть, к любому обязалову можно подойти творчески и интересно, чтобы получить такую фотографию, на которую хотелось бы смотреть и всем показывать ее. Вы никогда не обращали внимание? Когда смотрите в альбоме фотографии, где просто люди стоят, посмотрели и пролистали дальше. А вот если там что-то такое нестандартное происходит – кто-то упал, кто-то подпрыгнул, платье задралось у кого-то, – то все сразу: «О, смотри, какая классная фотка!» И все давай рассматривать, что же там произошло на самом деле. ЛИХАЧЕВА: Знаете, чем мы занимались в первую брачную ночь с мужем? Хотите узнать? НОЗДРИН: Даже не представляю. Вариантов очень много. ЛИХАЧЕВА: Я вам сейчас расскажу. Я даже позволю себе это слово, мы просто ржали всю ночь над нашими фотографиями, просто умирали от смеха, потому что у нас был такой достаточно скромный фотограф, но было еще очень много любительских фотографий. И вот там как раз было очень много фотографий, сделанных, может быть, непрофессионально, но они были такими смешными: где-то кто-то упал, у кого-то парик съехал и так далее. Невероятно смешно. Потом какая-то обезьянка, которая вроде как получилось, сидела на плече у жениха, просто там на заднем плане где-то была какая-то там игрушка. НОЗДРИН: В общем, вы сами понимаете, какие фотографии все время смотришь – на которых есть эмоции. ЛИХАЧЕВА: Я в связи с этим хочу спросить: скажите, пожалуйста, а, действительно, можно настоящие эмоции выстроить профессиональному фотографу? Ведь это, действительно, самое ценное. А вот эти самые ценные кадры могут делать и просто… вы меня сейчас загрызете – могут делать люди даже непрофессиональные. Ходят, фотографируют. Главное же – подловить момент. НОЗДРИН: Это понятное дело. Конечно же, момент репортажа всегда присутствует, и всегда можно что-то подловить и простому любителю и так далее. Фотограф даже может этого не подловить. Еще такой момент интересный. Вы никогда не замечали, что когда вас фотографируют друзья или знакомые, вы совершенно спокойно к этому относитесь: можете кривляться, дурачиться? Как вы увидите профессионального фотографа с большой камерой, сразу хоп – замерли и зажались. Так вот, наша задача основная профессионального фотографа – сделать так, чтобы люди не зажимались, а были такими же раскованными и свободными. Сложность заключается в том, что мы людей знаем минуты, в отличие от друзей. И вот для того, чтобы найти с ними этот общий контакт, общий язык, нужно быть очень хорошим психологом и очень хорошим в общении человеком, чтобы людей не зажать самих в себе. ЛИХАЧЕВА: Возвращаемся к тому, с чего мы начали программу. Самое главная ваша задача – войти в контакт с клиентами и самому получить удовольствие. НОЗДРИН: Конечно. ЛИХАЧЕВА: На полторы минуты мы буквально прервемся. Я еще раз представлю нашего сегодняшнего гостя. Один из самых лучших фотографов у нас в России, один из лучших фотографов в мире Александр Ноздрин. Не просто фотограф, а фотограф свадебный, он занимается свадебной фотографией и делает это замечательно, это я вам точно могу сказать. Через полторы минуты мы вернемся в студию «Финам FM». (Реклама) ЛИХАЧЕВА: Снова доброе утро. Александр Ноздрин у нас сегодня в гостях – один из лучших свадебных фотографов в России и один из лучших свадебных фотографов в мире. В прошлом году он стал лауреатом, получил вторую премию в конкурсе «Лучший свадебный фотограф» по версии Ассоциации свадебных фотографов. Эта церемония проходила в Лас-Вегасе. Давайте еще разочек. Итак, мы можем, что называется, зачет вам поставить за то, что свадебная фотография как искусство, как новый тренд был внедрен в какой-то степени и с вашей помощью. То есть вы и ваш друг и партнер Ласло были одним из тех людей… НОЗДРИН: Одними из инициаторов, кто расшевелили всю массу фотографов. ЛИХАЧЕВА: Да, всю массу свадебных фотографов. И теперь, действительно, свадебная фотография у нас в России получила такой новый виток. Во-первых, потребность сформирована сейчас уже, по крайней мере, в Москве. И, во-вторых, фотографы сами подтянулись, потому что, действительно, когда лучшие фотографы приезжают и проводят здесь мастер-классы, конечно, можно здесь после этого фотографировать в том же самом ключе – с березками и вечным огнем. Но, в общем, толчок хороший к развитию. НОЗДРИН: Я скажу, что мировые лучшие фотографы также фотографируют с березками и с вечными огнями. ЛИХАЧЕВА: Серьезно, что ли? НОЗДРИН: Конечно, не вечным огнем… ЛИХАЧЕВА: Вы шутите? НОЗДРИН: Еще раз говорю: с березкой можно снять по-разному. ЛИХАЧЕВА: Просто я березки не люблю очень, понимаете. Я елки люблю, с елкой – хоть как. НОЗДРИН: Неважно. Можно снять около белой стены. Вы знаете, когда мне фотографы на мастер-классах говорят: «Вы все время за границей снимаете, там красивые места, красивый интерьер», я говорю: «Вот, пожалуйста, свадьба снята в «хрущевке», а эта вот стена около мусоропровода». И когда смотрят на эту фотографию, говорят: «Да ладно, не может быть». ЛИХАЧЕВА: Смотря, как увидеть, смотря, как сделать. НОЗДРИН: Понимаете, самое главное – не то, на фоне чего и что стоит рядом, а то, с какими эмоциями. А уж про технический момент – то, с каким светом, свет важнее, чем фон… ЛИХАЧЕВА: Свет, мне кажется, это вообще не самое главное, но… НОЗДРИН: Свет – это… «Фотография» как у нас переводится? «Рисунок светом». ЛИХАЧЕВА: Конечно. НОЗДРИН: И говорит о том, что свет первостепенен. ЛИХАЧЕВА: А вот скажите: никогда у вас не случалось таких казусов, когда вы вроде на пупе вертитесь, и вы с вашим опытом и талантом и так расслабляете жениха и невесту, и этак, а не получается? Бывает? НОЗДРИН: Бывало, конечно. ЛИХАЧЕВА: То есть провалы бывают? НОЗДРИН: Глобальных провалов не бывает в плане техническом. По-любому клиент получает качественный результат. Скажем так, я опять же на мастер-классах на всех говорю одну очень важную вещь, что есть хороший профессиональный свадебный фотограф. Это не тот, который на каждой свадьбе делает шедевры, а тот, который гарантированно свою работу делает на хорошую четверку. То есть, который отдаст клиентам то, чего они хотят, в первую очередь. А уже если складываются обстоятельства такие, что совпало настроение у молодых, свет, погода, место – какие-то стечения обстоятельств, – к этому обязалову вы обязательно начинаете добавлять какие-то картинки, которые начинают все выделять, которые начинают больше внимания привлекать клиентов и так далее. ЛИХАЧЕВА: Давайте-ка я еще раз уточню: то, чем вы занимаетесь, для вас это, в первую очередь, бизнес, правильно? НОЗДРИН: Знаете, как-то так очень сложно вы сказали. Да нет, конечно же. Это моя жизнь. ЛИХАЧЕВА: Просто в начале программы, когда я пыталась сказать, что вы занимаетесь свадебной фотографией как искусством, вы сказали: «Нет, это все-таки не искусство. Искусством я бы не хотел заниматься за три копейки, в лучшем случае». НОЗДРИН: Нет, вы меня не поняли. ЛИХАЧЕВА: Давайте тогда уточним. Я же специально вернулась к этому вопросу, потому что осталось такое недопонимание. Итак, для вас то, чем вы занимаетесь – это что? НОЗДРИН: Раньше это было больше как бизнес, то есть это все равно, что снимать школу и садики. Но со временем это переросло в другой уже статус. И на данный момент я считаю, что я и многие другие фотографы, которые не стоят на месте и делают что-то интересное и нестандартное, это уже переходит в разряд искусства, по большому счету. Поэтому могу сказать так, что для меня на данный момент все-таки свадебная фотография – это, скорее, даже жизнь. То есть уже по-другому не представляешь себе, все вокруг этого вертится. ЛИХАЧЕВА: А нет ли у вас таких планов – я просто так спрашиваю, если нет, так нет – скажем, сделать из этого, действительно, такое малое предприятие? А то, может, глядишь, и средних размеров такое предприятие? Скажем там, открыть школу, набрать там талантливых мальчиков и девочек, научить их делать на твердую «четверку», а потом просто с этого зарабатывать деньги, вы как руководитель с Ласло. НОЗДРИН: На самом деле, и у меня, и у Ласло есть свои студии, то есть мы с Ласло партнеры в одних направлениях, но как фотографы, мы с ним конкуренты. Даже бывает такое, что один клиент встречается и со мной, и с ним, выбирает меня или его. Мы совершенно спокойно к этому относимся, так и должно быть, на самом деле. Но могу сказать, что и у меня в студии, и у Ласло в студии есть несколько фотографов, которых мы также предлагаем как фотографов. ЛИХАЧЕВА: Разница в цене только, да? И в качестве. НОЗДРИН: Разница вообще в конечном продукте, и в цене, конечно, тоже. Хотя фотографы у нас очень хорошие. Это люди, с которыми мы работаем много лет, которых мы обучили изначально. А что касается школы, я вам скажу так, что у нас с Ласло огромная школа. Мало того, что мы вживую очень много проехали по стране, несколько тысяч человек нас услышало и увидело, многих людей мы обучили, так еще у нас есть совместный проект, который называется «WedSchool» от слова «Wedding». Это онлайн-проект, обучающий фотографии. На данный момент это проект, который обучает именно свадебной фотографии. Но в скором времени мы это разовьем уже в разных других жанрах фотографии. Так я вам скажу, что на данный момент у нас зарегистрировано около двух тысяч студентов. ЛИХАЧЕВА: Хорошо. Александр, вот у меня такой вопросик. Вы сами вообще были удивлены тем, что вас настолько высоко оценило мировое сообщество свадебных фотографов? То есть, та премия, которую вы получили в прошлом году в Лас-Вегасе, она дорогого стоит. И насколько я знаю – поправьте меня, я, возможно, ошибаюсь – до вас ни один из русских фотографов даже до финала не доходил. Или нет? НОЗДРИН: Конечно, никто и не участвовал, потому что показывать было нечего. ЛИХАЧЕВА: А не участвовали, потому что что? Потому что боялись или потому что не с чем, собственно? НОЗДРИН: Я говорю, не было индустрии совершенно. На самом деле, индустрия свадебной фотографии в России реально процветает очень серьезно последние три года. Поэтому если русские фотографы пойдут сейчас на этот конкурс, я думаю, мы там половину мест займем. ЛИХАЧЕВА: Да? НОЗДРИН: Конечно. У нас сейчас российские и из Украины, белорусские фотографы просто чудеса творят совершенно. То есть я наблюдаю за всем, что происходит в мире, как снимают иностранцы, как снимают наши, и вижу, что во многом мы уже перегнали. Вот теперь могу сказать, почему. Самый интересный момент, на самом деле, прямо вот меня поразивший. Мне удалось побывать в Англии, в городе Ньюкасл, где проходит очень большое тоже мероприятие, посвященное свадебной портретной фотографии. Ассоциация «MPA» (английская ассоциация фотографическая), которая организовывает мероприятия ежегодно, а нас пригласили как гостей на это мероприятие. И, соответственно, был конкурс, который проходил на высочайшем уровне, награждение было в виде «Оскара» проведено, то есть все в смокингах, во фраках, статуэтки вручались всем, и так далее – все по-серьезному. Соответственно, выставка огромная была. И, вы знаете, мы походили по выставке, посмотрели, сказали: «Да, неплохо. В общем, как-то никак». ЛИХАЧЕВА: Ничего себе! НОЗДРИН: И потом, придя на награждение, обратили внимание на тот факт, что, в основном, те, кого награждали, людям было за сорок. И потом, общаясь с фотографами, начали понимать, что такая интересная происходит ситуация в Англии. Индустрия свадебной фотографии существует там уже лет 50. И люди за 50 лет, и у клиента уже определенный стереотип сложился, какой должна быть свадебная фотография. Плюс ко всему, если фотограф занимается фотографией, то он вцепился так в этот бизнес, что пока ему не стукнет 80, он из него не вылезет. Понимаете, да? Соответственно, чем старше человек, тем сложнее ему склоняться к новым трендам, к новым тенденциям в фотографии, и так далее. В общем, смотришь на фотографию и понимаешь, что она очень классическая, консервативная. Да, она хорошая, качественная, но очень «сухая». И после этого буквально через несколько дней мы приезжаем в Питер, встречаемся с фотографами питерскими, и собралось, наверное, там человек сорок, наверное. Сидим в кафе. И я встаю, спрашиваю: «Ребята, скажите, пожалуйста, из всех присутствующий какой средний возраст?» И оказалось, что люди были от 19 лет до 30, в основном. ЛИХАЧЕВА: Понятно. НОЗДРИН: Плюс ко всему, говорю: «Ребята, а сколько лет вы работаете в свадебной фотографии?» Максимум три года – вот так было. То есть, соответственно, у людей нет понимания, как это должно быть. И они пытаются что-то новенькое внедрить в это все дело. Понятное дело, что смотрят на другие тенденции какие-то, видят, что вот это вот интересно. И поэтому получилось так, что люди там за два-три года набирают опыт, фотографии их значительно более интересными в эмоциональном плане становятся. Наши фотографы более молодые, и это дает очень большой рывок вперед. Единственный момент – сейчас я мастер-классы провожу таким образом, я говорю этим молодым фотографам: «Ребята, я не буду вас учить снимать что-то нереальное, что-то футуристическое. Это за вами остается. По-любому вы – фотографы, вы это видите, это ваше видение. Я вам просто немножко исправлю ваши технические ошибки: почему вот это неидеально, почему вот это неидеально немножко по свету, немножко по композиции и по мелочам». То есть у многих ошибки именно в мелочах: не совсем так рука, поза, не совсем естественно то. И вот исправляешь вот эти ошибки больше. ЛИХАЧЕВА: То есть существует вот этот эмоциональный такой эффект выгорания. Я в связи с этим хочу спросить: а вы во сколько лет собираетесь оставить свадебную фотографию? Вы сейчас в расцвете, вам чуть за 30 – 34, да? НОЗДРИН: Да. Вы знаете, я не знаю. ЛИХАЧЕВА: Вы будете в 80 лет, как те английские фотографы, заниматься? НОЗДРИН: Может, и в следующем году оставлю. ЛИХАЧЕВА: А что будет в следующем? НОЗДРИН: Не знаю. У меня все постоянно меняется. Может, я в один момент скажу: «Все, надоели свадьбы, ухожу». ЛИХАЧЕВА: «Буду похороны снимать». Похороны, кстати – вот тренд. НОЗДРИН: Да, еще тот. ЛИХАЧЕВА: Серьезно. НОЗДРИН: Конечно. ЛИХАЧЕВА: А вы смогли бы снимать похороны? НОЗДРИН: Да ни за что. О чем вы говорите вообще? Я очень эмоциональный человек, чтобы снимать такие вещи. Я бы слезами залил камеру. ЛИХАЧЕВА: А кто-нибудь вообще занимается этим? Красивые фотографии на похоронах? НОЗДРИН: Вы знаете, на самом деле, в доперестроечное время все похороны снимались. ЛИХАЧЕВА: Как это ни ужасно звучит, но вообще должна остаться память-то. НОЗДРИН: Сейчас это не принято, на самом деле. Я вообще крайне редко вижу, чтобы хоть даже «мыльницами» снимали похороны. Как-то уже ушло это из моды. ЛИХАЧЕВА: Это во всем мире никто не снимает или только в России? НОЗДРИН: Я вообще не видел каких-то особых таких… ЛИХАЧЕВА: Может, оно и к лучшему. Ладно. Самый последний вопрос: вы можете сейчас словесно описать вашу самую любимую свадебную фотографию? Что на ней было изображено? Кто, как, в каких позах, какой фон и какое настроение? НОЗДРИН: Не могу сказать, потому что у меня очень много любимых фотографий, очень любимых много пар, которых я снимал. Со многими, кстати, очень хорошие, прекрасные отношения до сих пор: мы общаемся, мы встречаемся, я приглашаю к себе в баню или на шашлык. ЛИХАЧЕВА: В бане вы их тоже снимаете? НОЗДРИН: Нет, в бане мы паримся. ЛИХАЧЕВА: Такая вторая часть: «По итогам первого года!», чтобы подхлестнуть чувства. НОЗДРИН: Поэтому не могу сказать. Каждый год появляются фотографии интереснее предыдущих, но есть те, которые 5-6 лет назад снимал, они, может быть, не такие высокохудожественные, но они запали в душу именно тем моментом, в который это снималось. И это, конечно, очень важно. Поэтому не могу какую-то одну конкретно выделить. Нравится много что – от самых примитивных до самых непримитивных. ЛИХАЧЕВА: Понятно. Вы себе бы что пожелали? Вот представьте сейчас: что ни пожелаете – все сбудется. НОЗДРИН: Ух ты! ЛИХАЧЕВА: Скромнее только, пожалуйста. НОЗДРИН: Со второго перебраться на первое место хотелось бы, конечно. ЛИХАЧЕВА: Вот я вам этого и пожелаю. НОЗДРИН: Спасибо. ЛИХАЧЕВА: Чтобы в будущих конкурсах мирового значения вы перебрались со второго места на первое. И, действительно, пожелаю вам первого места и стать самым лучшим свадебным фотографом не только в России, но и в мире. НОЗДРИН: Спасибо. ЛИХАЧЕВА: Пусть будет. Приходите потом, нам расскажете, как все это произошло. Хорошо? НОЗДРИН: Скоро конкурс очередной, в феврале месяце. ЛИХАЧЕВА: Ни пуха, ни пера вам тогда. НОЗДРИН: Спасибо. ЛИХАЧЕВА: Да не «спасибо» надо говорить. НОЗДРИН: А, «к черту». ЛИХАЧЕВА: Да. Приходите к нам как-нибудь еще. Александр Ноздрин, один из лучших свадебных фотографов у нас сегодня был в гостях в программе «Они сделали это!». Надеюсь, не в последний раз. Эту программу помогали делать продюсеры Ирина Колоскова, Элина Буцкая и корреспондент Валентина Васильева. За пультом сегодня был Тихон Сезонов. Я прощаюсь с вами до завтра. Счастливо. Читать полностью: http://finam.fm/archive-view/2066/
 
< Пред.   След. >
Читайте также:

 

Мир фото - сообщество фотографов, школа, конкурсы, общение © 2017
Использование материалов разрешено только с указанием ссылки (для web сайтов гиперссылки) photoshop.in.ua - мир фотографии / Статьи
Использование фотографий разрешено только с письменного разрешения автора

Размещение рекламы на сайте